Захар Прилепин готовится к «прыжку». А пока раздает автографы поклонницам в Челябинске

16.10.2012

Модный российский писатель, лауреат национальных и зарубежных премий Захар Прилепин накануне вместе со своими коллегами встретился с читателями в челябинском ТРК «Фокус». Встреча состоялась в рамках II Литературного фестиваля «Открытая книга» и прошла в естественной для книжного супермаркета вдумчивой обстановке. Как водится в литературной среде, говорили о материях тонких, но фундаментальных. О счастье и верности, любви и свободе. О том, что кому-то всегда нужен кто-то. И о заботе, в том же контексте.

«Мне хочется, чтобы каждому человеку было о ком заботиться, и в молодости, и в зрелости, и в старости. Это не просто большое удовольствие, а, наверное, самая разумная форма существования. Потребность заботиться о ком-то одна из базовых потребностей человека», — открыла встречу сценарист и прозаик Марина Степнова.

«Человеку нужно заботиться о ком-то, а критику нужно заботиться о писателе. Чтобы последний не закис или не зажирел. Прилепин сегодня обласкан критиками. С него, можно сказать, начался определенный этап в литературе, – продолжил тему редактор отдела культуры журнала «Огонек» Андрей Архангельский. – Прилепин – очень открытый писатель, и проза у него такая же, открытая. Она приглашает к разговору, я бы даже сказал, к спору».

Коснулись инженеры человеческих душ и других насущных потребностей человека.

«Сегодняшние встречи с писателем превратились в раздачу автографов и комплиментов. Любой писатель нуждается в комплиментах. Но Захар Прилепин в большей степени нуждается в ваших советах. Прилепин, как автор, сейчас находится на перепутье и готовится к новому прыжку. Поэтому вы нужны нам не как статисты, но как активные соучастники», – добавил А. Архангельский.

О своем авторском перепутье и ребрендинге подробнее высказался уже сам Захар Прилепин.

«Я вспоминаю нашумевшее «Письмо товарищу Сталину от имени либеральной интеллигенции», которое было опубликовано сначала в интернете, а затем растиражировано множеством сайтов и изданий. Потом было много объяснений. Как по поводу письма, так и меня самого. Веселая была история, – вспоминает писатель. – С моей стороны это был, как я сам его называю, радикально-эстетический жест. Он был не столько провокацией, сколько попыткой сбалансировать личное ощущение от происходящего в стране».

По мнению литератора, в стране наблюдается некоторый «перекос»:
«Может быть, я ошибаюсь, но, по-моему, Россия – страна далеко не либеральная. И вместе с этим, мы находимся в формате «media», который, так или иначе, транслирует либеральные ценности. Мне всегда казалось странным, что главные государственные «головы», представители медиа и журналисты, одинаково негативным образом трактуют историю России XX века. Она, безусловно, сложная и во многом чудовищная. Но юродство и «пляски на гробах» всегда приводили меня в бешенство. Потом появилось это письмо, и я понял – во мне включились процессы не политические, но личностные».

Анализируя эти процессы, автор допускает, что они могут иметь и возрастную природу, ведь Захар недавно отметил свои 37 лет. Пушкина, например, в этом возрасте уже застрелили. Маяковский застрелился сам. А теперь вот Прилепин вошел в роковой возраст русского литератора.

«И, видимо, подсознательно, у меня возникло желание полностью изменить своё присутствие в литературе. Сделать ребрендинг», – подытожил писатель.

Что касается «послужного списка» Прилепина, то он придал бы уверенности для такого «прыжка» любому писателю. 16 литературных премий и признание в профессиональном сообществе («новый Горький», «мужик» в литературе и другие не менее лестные отзывы коллег) в какой-то момент стали чрезмерно сладкими. И естественно, писателю нужен был какой-то жест, способный прогнать эту приторную иллюзию. Тогда и возникло «Письмо товарищу Сталину». Возникло как протест, как реакция на фальшивое благополучие.

После публикации «Письма» все изменилось. Михаил Швыдкой, в недавнем прошлом товарищ и соратник, написал, что «Прилепин больше не русский писатель». И Шендерович обвинил Прилепина во всех смертных грехах. Жизнь писателя начала резко налаживаться. Однако сладковатое послевкусие прошлого в ней все еще наблюдается. А возникает оно, как и прежде, при получении комплиментов или раздаче автографов.

Фото и текст Алексея Турулёва.

Оставьте ваш комментарий

Вконтакте
На сайте (0)

Отправить комментарий

Plain text

  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
y
8
c
s
r
g
Enter the code without spaces.